ЧЕТВЕРО СРЕДИ НОЧИ

Автор auto99
Дек 12th, 2014
0 Ком.
1102 Просмотр.

chetvero-sredi-nochi-1
Если многие жители мегаполисов представляют россиян как хмурых и недобрых людей, автостопщику легко впасть в противоположную крайность, ведь подвозят, как правило, приятные водители, прочие летят мимо. Чем проще живут люди, чем меньше у них туристов, тем чаще останавливаются попутки. Так, на Кавказе, Севере и во многих регионах Дальнего Востока можно бесстрашно выходить на дорогу, по которой проезжает пяток машин в день: одна из них наверняка подберет.

Но бывают места, где удача зачастую поворачивается к путешественнику не самой приглядной частью тела. Прежде всего, это границы областей. Их и в Европейской части России пересечь непросто, а на востоке страны, где пограничные территории тянутся многие сотни километров, автостопщиков ждут самые неожиданные приключения. Особое место здесь занимает знаменитая трасса «Амур» — тонкая ниточка, соединяющая Сибирь с Дальним Востоком, две тысячи километров посреди холмов и бесконечной тайги, которую изредка разнообразят крохотные поселки и стоянки дальнобойщиков, порой еще хранящие следы бурных девяностых вроде аккуратных дырочек на будке сортира, оставленных очередью из «калаша». И хотя грязную жижу сменил — надолго ли? — удивительно аккуратный асфальт, покорение этих просторов — такая же иллюзия, как покорение огромной горы альпинистом, ненадолго вскарабкавшимся на ее седое темечко.
chetvero-sredi-nochi-2
ВЛАДИМИР СЕВРИНОВСКИЙ
Писатель, переводчик и путешественник, победитель международных конкурсов «Пушкин в Британии» и «Север — страна без границ». Посетил около 70 стран. Последние три года посвятил поездкам по всем регионам России с целью художественного осмысления страны. Считает автостоп одним из лучших способов собирания историй, поэтому в самых интересных местах путешествует только таким образом. Проехал на попутках трассу «Амур», Колымский тракт, весь российский Кавказ и много других регионов. Документальная книга «Моя Россия» готовится к публикации в издательстве «Эксмо».

Я стоял на трассе «Амур» уже пять часов. Машины либо не останавливались, либо шли не туда, либо в последний момент все срывалось по неведомым причинам. Сердобольные бабушки советовали добраться до ближайшей деревни, откуда проехать полдня по Транссибу на местном поезде, а там до Дальнего Востока уже рукой подать. Всего-то километров пятьсот. Словом, была знакомая всякому автостопщику фатальная непруха.

Я решил подождать до девяти вечера, затем наскоро поужинать и отправиться спать в ближайшую рощу. Без двух минут девять около меня притормозила маршрутка.

— Мы до деревни, — важно объяснил водитель. — Садись!
— А стоянки фур по дороге есть? Или хотя бы кафе? — осторожничал я.
— Садись, потом разберемся! — махнул он рукой. Я посчитал этот взмах жестом судьбы и нырнул внутрь.
chetvero-sredi-nochi-3
Когда меня высадили на трассе — не менее загадочно, чем посадили, — вокруг уже царила тьма.

— К шиномонтажке иди! — напутствовал меня всеведущий водитель. — Там мужик добрый. Иногда.

Отворив калитку с огромной табличкой «Посторонним вход воспрещен!», я устремился к избушке, над которой гордо развевался российский триколор. Два противоположных угла у нее отсутствовали, и остатки дощатого пола нависали над землей, из-за чего странное жилище походило на искусственный макет для съемок фильма. В ночи простучал невидимый поезд, и стены затрепетали, как живые. Поодаль горел костер, а за столом лысый и усатый владелец шиномонтажки пил чай с неизвестным. Без лишних слов я присоединился к странной компании.

— Паспорт предъявляй, — только и сказал хозяин. — Сегодня из колонии под Читой двое уголовников сбежали.

«Не иначе как Лебедев и Ходорковский», — мелькнула глупая мысль. Я показал документы, взамен мне молча протянули кружку.

Владелец домика без стен, по его словам, когда-то служил в секретной части при КГБ, располагавшейся в Москве прямо под парком «Сокольники».

— Обычный с виду маленький домишко, а люди в него все заходят и заходят, — ухмыляясь, рассказывал он. — Несколько сот человек под землей служило! Мне потом предлагали остаться, в Бауманку идти, но я отказался. Что в этой Москве делать? Там люди ждут выходных, чтобы на дачу отправиться, а я теперь сам как на даче живу. Грибы, ягоды — стоит задницу от стула оторвать.

Порвав с подземным прошлым, бывший кгбшник открыл скромный шиномонтаж, а заодно завел свиней. Подобно Черчиллю, он ставил хрюшек выше других животных за то, что они умные и вкусные одновременно.

Сидевший напротив него незнакомец был незнакомцем для всех, даже для себя самого. Месяц назад его нашли в кювете около Сочи с разбитой головой и почти без зубов. Он абсолютно ничего не помнил. Сердобольные граждане привели раненого в милицию. На беду, в комнату, где его опрашивал участковый, вошел милиционер с автоматом наперевес. Незнакомец и сам не понял, как рванул ствол на себя и в мгновение ока отобрал оружие. Так прямо из милиции он попал в психушку, где человека с амнезией и рефлексами спецназовца отыскали журналисты. Написали в газетах, показали в программе «Жди меня» и нашли мать, у которой пропал очень похожий сын, работавший медбратом в больнице. Все бы ничего, но жила она в Ванино, что у самого Сахалина. Сняв про это трогательный репортаж, журналисты дали адресок и испарились.

Вот и пришлось незнакомцу без памяти и денег ехать через всю Россию на Дальний Восток. Настоятель местной церкви оплатил ему из пожертвований билет до Краснодара, а дальше он переходил из фуры в фуру, став легендой среди дальнобойщиков.
chetvero-sredi-nochi-4
Они извещали друг друга по рации о том, что надо забрать с трассы молодого парня в армейских штанах, который ничего о себе не помнит, а для надежности подарили ему шайбу — бумажный диск самописца, на котором чертится график скорости фуры. Он показывал ее водителям, и те останавливались.

— Что ж тебе мать денег-то на дорогу не дала? — спросил лысоусатый. — И почему друзья не скинулись?
— Бедная она у меня, как говорят, — ответил незнакомец. — А друзей, которые не собрали денег, я все равно не помню. И вспоминать не хочу.
Был на безуглой даче и еще один обитатель — телепат-телепортатор. Только он пить с нами чай не вышел. Эзотерический гений покидал свою комнатушку лишь дважды в день, чтобы покушать от щедрот отставного кгбшника. Все остальное время он лежал на кровати и спасал мир. Занятие это было нелегкое, и телепат жутко уставал. Но мир до сих пор не укатился в тартарары, стало быть, его усилия не пропадали втуне.

— Приходит обычно: «Дай есть!». Ну отчего ж не покормить человека, — рассказывал лысоусатый. — А на днях такое учудил! Спрашивает: где, дескать, у тебя рукомойник?

Умыться хочу. Совсем обнаглел. Я его, конечно, прогнал — речка недалеко, пусть там умывается. А так он обычно смирный. Говорит: в трудную минуту только подумай обо мне, и я сразу появлюсь. Это когда я в тайге оголодаю, что ли? Там-то он и пригодится. Мужику уже под шестьдесят, а о детях пока и не помышляет. Я, мол, миллион лет жить буду, еще успеется. Придет срок, стелепатирую себе детишек, сколько нужно.

Я сидел четвертым в этой странной компании, невесть как собравшейся вдалеке от самых крохотных очагов цивилизации, и думал, что из всех писателей наиболее реалистично обрисовать Россию удалось Гоголю. Это в уютных городах его истории кажутся болезненными фантазиями. Дескать, столь причудливые персонажи в жизни почти не встречаются, а собрать их в одном месте и вовсе немыслимо. Однако в действительности они, скорее, правило, чем исключение. Когда ты идешь среди непроглядной тьмы в самом сердце нашей страны, где есть место для миллионов, но нет почти никого, и вдруг видишь свет — тебя почти наверняка ждет прекрасное безумие, и Россия распахнется перед тобой, как огромная фантастическая книга, придуманная неизвестным гением.

От этих мыслей меня отвлек тихий шорох. Я вгляделся и остолбенел. В конусе света, вырванном слабеньким фонарем из необъятной ночи, посередине избушки без углов стоял на трясущихся ножках удивленно озирающийся годовалый ребенок.

Добавить комментарий